История в историях. Век величия - Константин Гусев

«Государственной уставной грамоты Российской империи» Н.Н.Новосильцева. К сожалению, Николай I с опаской отнесся к подобному опыту, Александру Дмитриевичу пришлось уйти в отставку. Писатель Сергей Глинка живо отозвался на деятельность Балашова: «Почтенный Балашов! И ныне // В щастливейшей живут судьбине // 5 областей, тебе Царем // В твое врученных попеченье».

Какой реформатор артиллерии отказался принять звание генерал—фельдмаршала после взятия Парижа в 1814 г.?

«Всей России притеснитель, // Губернаторов мучитель // И Совета он учитель, // А царю он — друг и брат. // Полон злобы, полон мести, // Без ума, без чувств, без чести, // Кто ж он? Преданный без лести, // …грошевой солдат». Известная со школьной скамьи эпиграмма А.С.Пушкина на А.А.Аракчеева стала олицетворением второй половины царствования Александра I, времени «всесильного временщика», военных поселений и «аракчеевщины». Перу великого поэта приписывали и другие вирши: «В столице он — капрал, в Чугуеве — Нерон: // Кинжала Зандова везде достоин он». Граф стал, пожалуй, самым популярным персонажем эпиграмм: «Девиз твой говорит, // Что предан ты без лести. Поверю. — // Но чему? — Коварству. Злобе. Мести». И еще одна: «Надменный временщик, и подлый, и коварный, // Монарха хитрый льстец и друг неблагодарный, // Неистовый тиран родной страны своей, // Взнесенный в важный сан пронырствами злодей». В народе распространилась шутка: «Недаром же в русском гербе двуглавый орел, и на каждой голове корона, ведь и у нас два царя: Александр I да Аракчеев I». Но «грошевой солдат» был и талантливым военным преобразователем, чьими стараниями русская армия, в канун Отечественной войны, получила новейший арсенал высококачественных артиллерийских орудий. Алексей Андреевич в боевых действиях не участвовал, поэтому совершенно справедливо отказался от высокого воинского звания генерал—фельдмаршала. Александр I говорил: «Ты не понимаешь, что такое для меня Аракчеев. Все, что делается дурного, он берет на себя, все хорошее приписывает мне». По смерти Аракчеева в 1834 г., Пушкин изменил мнение о временщике: «Об этом во всей России жалею я один — не удалось мне с ним свидеться и наговориться». П.А.Вяземский тоже вскоре засомневался в традиционном представлении «притеснителя»: «Ясно и очевидно, что Аракчеев был не вполне тот, что мерещится нам в журнальных легендах, которые поются с такою охотою на удовольствие общественного суеверия».

Аракчеев не стремился представиться в обществе образованным человеком, характеризуя себя «истинно русским новгородским неученым дворянином». Однако брал усердием, первые шаги в грамоте и полюбившейся арифметике ему помог сделать местный дьячок, который, возможно, приходился родным дедом Д.И.Менделееву. Как Аракчеев называл деньги, потраченные на обучение?

«Медные грошики». Заняв пост военного министра в 1808 г., Аракчеев заявил подчиненным: «Господа, рекомендую себя, прошу беречь меня, я грамоту мало знаю, за мое воспитание батюшка заплатил 4 рубли медью». В 1816 г. «бульдог» откровенничал с Н.М.Карамзиным: «Учителем моим был дьячок: мудрено ли, что я мало знаю? Мое дело исполнять волю Государеву. Если бы я был моложе, то стал бы у вас учиться: теперь уже поздно». Впрочем, Аракчеев мог преувеличить выгодные для карьеры царедворца моменты биографии. На самом деле, временщик много читал и собрал библиотеку объемом более 12 тыс. экземпляров, излюбленным произведением графа была «История государства Российского». Аракчеев стал одним из основателей «Артиллерийского журнала» и автором многих, высоко оцененных научных статей по артиллерии.

Алексей Андреевич Аракчеев. Художник Джордж Доу

Ничто не предвещало головокружительной карьеры Аракчеева. Юношу готовили в подьячие, но в 1782 г. произошло событие, перевернувшее жизнь. Какое?

К соседу приехали сыновья, кадеты артиллерийского училища, которые рассказали так много о своем учении, об армии и пушках, что, как пишет сам Аракчеев, его «сердце… загорелось». Позже граф вспоминал: «Я не отходил ни на минуту от кадетов, наблюдал каждый их шаг, каждое движение, не проронил ни одного слова, когда они рассказывали об ученье, о лагерях, о пальбе из пушек». Кадеты и служба мерещились повсюду, в конце концов, очарованный юноша бросился в ноги к отцу: «Батюшка! Я хочу быть кадетом, позволь мне учиться!»

Как Аракчеев, не обладая ни знатностью, ни средствами (у отца было лишь двадцать душ крепостных), попал в Артиллерийский кадетский корпус?

Отец Аракчеева, желая сыну светлого будущего, поехал практически без денег в Петербург и на протяжении полугода ежедневно ходил к начальнику корпуса с надеждой на зачисление отрока. Отцу и сыну пришлось продать зимнюю одежду, чтобы выжить в столице, помог и митрополит Гавриил, давший нуждавшимся серебряный рубль. Аракчеев вспоминал: «Вышед на улицу, отец мой поднес этот рубль к глазам, сжал его и горько заплакал. Я также плакал, смотря на отца. Одним рублем мы прожили втроем, то есть с служителем нашим, целых девять дней!» Новый директор корпуса Петр Иванович Мелиссино, некогда известный мастер организации фейерверков, сжалился и принял мальчика на обучение. Это произошло в день, когда у отца Аракчеева закончились последние средства. Затем именно Мелиссино рекомендовал Аракчеева наследнику Павлу Петровичу как человека, который может организовать боеспособную артиллерийскую батарею в Гатчине.

По окончании учебного курса, поручика Аракчеева, как одного из лучших выпускников, оставили при Артиллерийском корпусе. Чем он занимался?

Преподавал, заведовал великолепной корпусной библиотекой и даже написал пособие «Краткие артиллерийские записки в вопросах и ответах», высоко оцененное специалистами. В учении оставался крайне педантичен и требователен, заслужив ненависть кадетов. Однажды, поднимаясь по винтовой лестнице, он уронил платок, сделал шаг назад, и через секунду на прежнее место прилетел большой камень. Лишь по счастливой случайности Аракчеев не погиб.

Благодаря случаю, Аракчеев быстро стал командиром артиллерии и гатчинским генерал—губернатором. Какому?

Однажды Павел Петрович забыл дать команду «Разойтись!» На плацу осталась лишь часть во главе с Аракчеевым. Это вызвало особую симпатию со стороны великого князя к Алексею Андреевичу.

По восшествии на престол Павла Петровича, первым вельможей, приехавшим с докладом, стал не кто иной как Аракчеев. Спешивший по дороге Алексей Андреевич запачкался грязью. Что сделал цесаревич Александр Павлович?

Отвел в свою комнату и отдал собственную рубашку. До конца жизни граф хранил реликвию и просил в ней похоронить. Тогда же Павел соединил руки Аракчеева и Александра, сказав: «Будьте друзьями и помогайте мне».

Однажды Аракчеев наблюдал офицера, который, нюхая табак, обсыпал себе мундир. Какое «наказание» придумал «гатчинский капрал»?